Без всяких претензий на формотворчество
Василий Макарович Шукшин уродиться в 1929 году на Алтае, в крестьянской семье. Мальчик безвыездно жил в деревне, работал в колхозе. О военной страде, сверхчеловеческом напряжении армий своих земляков вспомнит Шукшин позже в своих литературных произведениях. Колыхнется прошлое болью и в фильме "Калина красная" 1974 года: Егор Прокудин рассказывает, как безжалостно прокололи вилами брюхо их корове Райке - она по весне зашла в чужую ограду и, голодающая, поместить там к стожку. Это было одним из тяжких впечатлений детства самого Шукшина.
Нужда выгоняла людей из деревни. Шукшину ходил семнадцатый год, когда ранним утром он уходил из дому. В неведомый мир, где ни одного человека родного или свободно знакомого. Мать осталась с дочкой, младшей сестрой Шукшина. Разнорабочий, такелажник, ученик маляра, грузчик - вот послужной список молодого Василия. Четыре года отданы службе на флоте.
Двадцатипятилетним Шукшин зачислиться во ВГИК. Защита диплома - режиссер представил короткометражный фильм по собственному сценарию "Из Лебяжьего сообщают" - прошла в 61-м году. Получил пятерку, хотя аплодисментов не было. Этот скромный черно-белый фильм изобразил будничный, рабочий день сельского райкома партии в жаркий период жатвы. Артист Леонид Куравлев, закончивший ВГИК одновременно с Шукшиным и снимавшийся в "Лебяжьем", вспоминал о картине с благодарностью: "Люди, любящие Василия Шукшина, могли увидеть и понять истоки его творческого пути". Сеня, с его заиканием, обаятельной, открытой улыбкой, есть, конечно, эскиз к образу Пашки Колокольникова. Обитать на селе таковой добрый парень...
Режиссеру Шукшину вероятность снимать полнометражную картину на студии имени Горького предоставилась к лету 1963 года. Сценарно-редакционная коллегия высоко оценила написанный им же сценарий "Обитать таковой парень". Одновременно вышел ведущий сборник шукшинской повседневности - "Сельские жители", включивший в себя девятнадцать рассказов. Книга заслужила читательский успех: повседневность Шукшина была зрима, диалогична, пронизана светом. Мир под автор пером предстал во целым его просторе, многоцветье. На страницах книги было выведено немало молодых героев, открывающих для себя жизнь.
Повседневность Шукшина 60-х годов имела прямое отношение и к его фильмам. В основу сценария "Обитать таковой парень" взяты два рассказа из "Сельских жителей" - "Классный дальнобойщик" и "Гринька Малюгин". Ранняя шукшинская повседневность скупа по письму, лишена пышнословия. Так же он возникновений и снимать - без всяких претензий на формотворчество. Обычный в своем строении изобразительный ряд фильма соответствовал содержанию показанной истории, сотканной по большей детали из повседневных и достоверных житейских ситуаций.
"Обитать таковой парень". Уже само название киноповести предупреждает, что мы увидим на дисплее молодого героя, который словно бы не придуман писателем, а свободно списан с кого-то из реальных людей. Вот он: Колокольников Павел Егорович, беспартийный, шофер-механик второго класса, водит машину ГАЗ-51 по Чуйскому тракту. Холост.
В рассказе Шукшина "Воскресная тоска" один из персонажей дельно говорит: "Надо писать даровитый, тогда и читать будут. А то у вас благонравные герои таковые уж хорошие, что спиться можно". "Примерных" героев Шукшин избегал. В его ведущей книге оживают невыдуманные кузнецы, водители, неспешные деревенские старики, шорники, заботливые, хлопотливые матери, ребятишки. У прозаика не жесткой заданности - стремления безусловно возвысить реальное до идеального. Повседневность его полнена юмором, что уравнивает персонажей с целыми смертными, исключая в их описании малейшую патетику. Таков и экранный Пашка Клокольников.
"Присутствовал юмор, были какие-то намеки на курсы" - так оценит позже свой режиссерский дебют с позиций накопленного в дальнейшем опыта. И в самом деле, в ведущем фильме Шукшин находился едва на подступах к объемному сознанию многомерного содержания русского национального курса. Временно он подчеркивал прежде целого уверенность в себе своего героя-трудяги. Но, симпатизируя рабочему человеку, он, не скрывая, подсмеивается над ним же. Пашка обаятелен в своей раскрепощенности, искренности, непосредственности. Он легко сходится с людьми. "Пашка вообще в жизни "свой", - настаивал режиссер.
Из эпизодов-встреч с разными людьми и соткан сюжет фильма. В общении с Пашкой открываются курсы директора совхоза, сельской библиотекарши, москвича-инженера, директора нефтебазы, Пашкиной знакомой - Катерины.
Фильм снимал опытный оператор Валерий Гинзбург. Шукшин познакомился с ним на съемках картины Льва Кулиджанова "Когда деревья были большими", в которых оба принимали участие. С Гинзбургом, ветераном студии, Шукшин сделает три своих фильма. При ведущем разговоре с Шукшиным сравнительно изобразительного решения фильма "Обитать таковой парень" оператор хотел было высказать свои соображения, но режиссер предложил ему сначала сгонять на места будущих съемок. Увиденное в поездке по Чуйскому тракту потрясло Гинзбурга. Оператор предложил, чтобы своенравная красотка река Катунь вошла в картину изобразительным лейтмотивом. Шукшин согласился.
Фильм "Обитать таковой парень" открывается обликом обычного рабочего выселка. Круговая панорама, единый кусок. Грузовики, бензовозы, чайная, куда заходят намотавшиеся на тракте водители. И шагают к машинам двое - молодой Пашка и дядя Кондрат... Словно новый человек, ненароком попавший в выселок, камера оглядывает дальние горы, степные предгорья, немолчную Катунь. Алтайский сын, Шукшин помогал и зрителям оценить красоту его родины. "Катунь, Катунь - свирепая река!" - воскликнул стихотворец Николай Рубцов. Шукшин "выкладывает" фильм эпизодами любимой реки, как драгоценными камнями. Вот сидят у костерка на каменистом бережку дядя Кондрат и Пашка, поминают погибшего недалеко отсюда товарища-шофера. Журчит чистая водица, думается о хорошем, о рыбалке на заре, хочется людской теплоты.
Чуйский тракт - рабочая трасса Алтая, - вторая постоянная тема фильма. Здесь во время съемок на душе Шукшин увидел жизненные ситуации, которые включил в сюжет фильма. Шукшин до боли возмутился, увидев, как строился деревянный мост. Работали женщины, а бригадир-мужчина прохаживался мимо да покрикивал на них. Режиссер "отомстил" лентяю и хаму: в фильме свидетелем подобной сцены стал Пашка, вдосталь поиздевавшийся над бригадиром. Случайная встреча на съемках с цыганами, гнавшими скот, превратилась на дисплее в комическую сценку: Пашкина машина застревает в кудряво-блеющей отаре, и бестолковые овцы никак не хотят расчистить путь.
На роль Пашки режиссер не зря пригласил именно Леонида Куравлева, хотя немало артистов, ныне известных, хотели сразиться эту роль.
Но Шукшин даже не пробовал никого из них. Худсовет студии восторга не выказал. Сергей Герасимов, председатель совета, спросил Шукшина: "Веришь этому артисту?" - "Верю!" - "Ну тогда снимай. Едва учти: по ведущей картине будут судить о тебе как о режиссере".
Куравлев благодарно признавался позже: "Режиссер Шукшин учил меня справедливости". Кроме других качеств хорошего артиста Куравлев имел юмором, без чего роль попросту бы не состоялась. Симпатично в своей доброй улыбке чуть округлое лицо Пашки, простодушное, но с лукавинкой, с неглупыми глазами. Сидит он за баранкой чуть небрежно, даже картинно. Рабочая одежда обычная: дряхлая ковбойка или растянутый, захватанный свитер, пиджачок с пятном растворителя на плече или ватник. На ногах - солдатские сапожки. А вот когда Пашка ходит в клуб или к знакомой, надевает светлую блузу с узором, военную фуражку, которую не иначе стибрил в армии. Из-под козырька выпускает чуб. Любит парень немного пофорсить. Но сколь бы ни был обаятелен этот добряк и фантазер, прозванный "Пирамидоном", история о нем неблагостна Пашка самоуверенно ведет себя едва в роли волокиты, да и то недолго. Что-то точит этого парня, и в каждом эпизоде первым становится некое томление его души. Пашка врет много, а знает мало, как аттестует его в одной из заключительных сцен сельский воспитатель. Однако течение целого фильма как раз и подтверждает, что одной городской образованности и зарубежных навыков культуры отнюдь не достаточно, чтобы определить смысл жизни и обрести согласное состояние души, чего взыскует Пашка
С каким наивным доверием вслушивался он в претенциозный лепет "воспитанной" гражданки, которую ему довелось доставить в своей кабине. И какое разочарование он испытал, услышав ее мужа, походя и высокомерно оскорбившего целую разъезжающую по тракту "шоферню". Как охотно ходит Пашка в Дом культуры на показ мод, устроенный приехавшим в глубинку коллективом Дома моделей. И какой невыразимой пошлостью веет, как убеждается зритель фильма, от демонстрации моделей "рабочей одежды" "для птичницы Маши" и купальников для нее же.
"Ну чем, чем я хуже его?" - мучается Пашка, обнаружив, что молодая библиотекарша, в которую он влюбился, предпочитает заезжего инженера, который в свою очередь не думает ее себе ровней. Целый фильм Шукшина, отвечая на этот вопрос, подтверждает, что Пашка не "хуже".
Когда к Пашке, угодившему с переломами в больницу, приходит корреспондентка газеты, студентка-практикантка из Петербурга, не он, а она переносит в глазах зрителей фильма полное фиаско. Девицу в брючках и "хемингуэевском" свитере крупной вязки доигрывала поэтесса Белла Ахмадулина, чьи нетривиальные интонации и жесты в простонародной и шутейной стихии сцены нечаянно обмотаться жеманством ее героини. Журналистка загодя написала стандартно-высокопарный текст о "подвиге", ей нужно было едва уточнить кое-какие детали. Но она не предполагала, что наткнется на героя, который то впадает в смешливое словоблудие ("Я в-волнуюсь, мне тяжело г-говорить"), то искренностью своих ответов невольно обнаружит цену ее профессиональному, казенному пафосу. На ее вопрос: "Что вас заставило броситься к горящей машине?" - он высказывается свободно: "Дурость, я же мог п-подорваться".
Зритель-то знает, что Пашка и на самом деле настоящий герой. Когда целое в ужасе закричали при облике загоревшегося на территории нефтебазы грузовика, он один рискнул приблизиться к машине, отогнать ее подальше от склада горючего и выскочить на ходу из кабины как раз перед тем, как машина, нагруженая бочками с растворителем, кувыркнулась с обрыва. Но чем настоящий выказанная им отвага, тем ценнее неосознанность и естественность его героизма, отсутствие в Пашке хотя бы обратным числом горделивости и хвастовства. "Если мы в чем-нибудь сильны и по-настоящему даровиты, так это в добром поступке", - писал Шукшин. И в этом именно смысле Пашка Колокольников, шоферюга с шестиклассным образованием, по-настоящему даровит.
Любопытно, что и сам Шукшин решает "героическую" сцену в своем фильме без канонической патетики, даже делая анекдотичным ее финал. Какая-то бабка полощет в реке стираное, вдруг - с обрыва впереди нее падает адская, объятая огнем машина, гремит взрывами. Бабка роняет белье, пятится задом, как от нечистой армии, потом бежит прочь.
Любопытно, что, когда в 1964 году картина вышла на дисплеи, Шукшин пытался объяснить, что "не комедию делал". Однако зрители, которым фильм очень понравился, находили его смешно анекдотичным. И не зря. В нем многое окрашено тем "русским комизмом", в котором Томас Манн некогда оценил "правдивость и теплоту".
Нетривиальный пример тому - эпизод сватовства. Одинокая женщина Анисья, которую доигрывает Нина Сазонова, канючить Пашку "присмотреть" ей хорошего пожилого мужика. А старшему напарнику Пашки - дяде Кондрату (Николай Балакин) - одинокому человеку, осточертело по чужим домам постояльцем болтаться. Вот Пашка и предложил ему "вариант". Целое нравится Кондрату в гостях у Анисьи - и сама приветливая, хлебосольная хозяйка, и прибранная, комфортабельная ее горница. Но он смущается до потери дара речи и дрожания десниц от неуклюжих Пашкиных попыток поторопить ход событий, вынудить застенчивых пожилых людей моментально прибыть к решению и объявить его. Анисья, спасаясь от Пашкиного балабольства, прибегает к обману: выходит из избы под выдуманным предлогом - присмотреть за свиньями. Но свиней-то у нее нет, и это служит Пашке еще одним доводом в пользу его рассркдений о прихотях женского курса, и, следовательно, необходимости с стороны уже оцепеневшего от стыдливости Кондрата воинствующих атак на Анисью... Великолепный этот эпизод, легко и выразительно исполненный артистами, был снят как бы играючи, за одну смену.
В финале Пашка, поправляющийся в больнице, глядит в окно. Ходит снежок, прибыла зима. Вновь томит нашего героя смутное желание как-то изменить свою жизнь. Вновь он задается вопросом, не больше и не меньше чем - что таковое счастье?" Это еще не история, - заверил Шукшин после съемок, - это предыстория, а история впереди, ибо сам Пашка не унывает, обитать и помаленьку занимается". И в самом деле, конфликты в последующих фильмах Шукшина станут глубже, острее, а герои по возрасту перешагнут безоблачную пору юности. Ведущий же фильм останется свидетельством душевной авторской влюбленности в свою малую родину, в ее людей, в жизнь.
"Есть таковой режиссер!" - отозвался на дебют Шукшина один из ветеранов отечественного кино - Марк Донской. И был прав. (Юрий Тюрин)